Статьи

Заминированная жизнь

Ее называли «коридором жизни», «дорогой выживания», а иногда просто тропой, чем она, в сущности, и была на самом деле. Не длинная и не широкая дорожка, которая вела из Петровского района Донецка в Марьинку и обратно. Ежедневно по ней ходили жители многострадального района Трудовские, подвергшегося, пожалуй, самым жестким обстрелам.

Переселенцы vs волонтеры: война миров

Адаптация переселенцев в новых для них условиях проходит тяжело как для тех, кто бежал от войны, так и для тех, кто помогает им обрести свой новый дом. Иногда на этой почве происходят конфликты, и один из них совсем недавно пережила семья с ребенком-инвалидом, уехавшая из Стаханова Луганской области.

Жительница Донецка: Центр города похож на тяжелобольного, изо всех сил прихорашивающегося перед посетителем

Боль. Печаль. И совсем немного радости. Примерно так можно охарактеризовать жизнь в Донецке сейчас, если использовать эмоции. О том, как живет донецкая интеллигенция, о чем она думает, что чувствует и чего ждет, рассказывает в прошлом переводчик, а ныне домохозяйка, 39-летняя Фиона.

Маленькая героиня большой борьбы

Я не знаю, как звучит ее голос, но, кажется, слышу его – он, живой и чистый, пульсирует в каждой букве ее сообщений. Голос украинки, юной и хрупкой, вставшей на борьбу с оккупантом. Элис добывает, систематизирует и передает данные о террористах, дислоцирующихся в Енакиево.

Слава Украины: патриоты в подполье

Холодная весна-2014 навсегда запятнана штампом «русская». С этим штампом больше года живет Донбасс. Для многих мой родной край стал «проклятой землей», а люди, его населяющие, — поголовно сепаратистами, бросавшимися под украинские танки с триколором в руках. Однако далеко не все донетчане стремятся в «русский мир»...

Жительница Донецка: Можно привыкнуть ко всему, если в душе есть надежда, что мы вернемся в нашу Украину

Как живут семьи, чьи дома были полностью разрушены? Как им приходится выживать, и в чем они вынуждены себе отказывать? Как они переживают обстрелы, которые только усилились, и привыкли ли к проявлениям войны? Об этом жительница Донецка рассказала в интервью.

Отказная сотня

Прифронтовое детство заканчивается внезапно. Как правило, в тот день, когда мама решает, что ей не по силам «тянуть» ребенка. Она не отказывается от него насовсем, она просто пытается переложить часть забот о нем на плечи государству. Это вполне законно, и такой выход есть — как минимум на полгода. Но то, что кажется благом, на деле оборачивается ловушкой для всей семьи. Отданные на временное попечительство государства дети домой могут так и не вернуться. Не то, чтобы интернаты и детские дома ждут их. Просто иметь большое количество воспитанников им… выгодно.

Житель Донецка: «Мы сейчас особенно дорожим своим городом, потому что он такой несчастный, избитый и родной»

В Донецке есть люди, которые ни разу не выезжали из города и даже в дни самых страшных обстрелов оставались дома. «ДонПресс» решил дать слово дончанам, которым есть, что сказать о том, чем живет их город, как он изменился, что приходится переживать им.

Боец АТО: лучше срок, чем смерть от рук сослуживцев-предателей

Прохладный львовский май. Разговор с солдатом в военном госпитале на Лычаковской, 26. Периодически Роман вытирает кровь, ему больно говорить, а в черных глазах-угольях горит такое, что невольно отводишь взгляд. На этой подлой войне, именуемой АТО, все бойцы Герои. Но какую цену платит Герой наших дней за то, чтобы остаться человеком в кромешном аду?

14 км до свободы

Блокада. Это слово звучало еще до июня, но именно последний месяц сделал его одним из самых популярных, когда речь заходит об оккупированных землях.

Страницы