name
Марина Курапцева
11.05.2016
773

Референдум в Донбассе: беда или вина?

«Референдум» 11 мая 2014 года. Больше всего эту горькую годовщину хотелось обойти молчанием. Но, вспоминая события двухлетней давности, понимаю: беды Украины начались именно с молчания и равнодушия. В итоге Украину попытались сломить и лишить будущего. Пока этого не произошло — но что будет дальше?

11 мая 2014 года

В тот день я была в Дзержинске, который теперь носит имя Торецк. Округ № 52. Из привычных 46-ти были открыты всего лишь 14 участков, люди голосовали примерно с 9:00 — 9:30 до 15:00.

Фантазирующая на тему «даунбаса» вышивата может фантазировать и дальше, но правда заключается в том, что людей было мало, настолько мало, что голосовали они по нескольку раз, живые и мертвые, несовершеннолетние и даже малолетние, по своим и чужим паспортам, и так далее.

Каждый из так называемых «участков» наша небольшая группа объехала по два раза. В одном из окрестных населенных пунктов на «участке» в «Доме культуры» на нас направил обрез один из местных маргиналов, употребляющих, как сейчас модно говорить, стекломой в качестве основного продукта (муляжи муляжами, однако недоразвитых существ с зачатками интеллекта, но зато — с собственным оружием, хватает всегда и везде). Он был пьян, не хотел пропускать журналистов и гнусно орал. Куда-то звонили, кто-то его угомонил, и мы прошли внутрь.

В тот день, несмотря на небывалую для мая жару, холодный липкий пот так и струился по спине, преследовало ощущение нереальности происходящего. Всюду на этих «избирательных участках» были улыбающиеся люди, звучала громкая музыка «а-ля 80-е», на зданиях, где проходил шабаш под названием референдум, висели яркие, нарисованные от руки плакаты, агитирующие за «республику».

Да, их было немного, пришедших проголосовать за свой смертный приговор. И даже из этого числа не всех можно назвать отъявленной пророссийской ватой, далеко не всех. И уж точно среди них не было никого, кто хоть немного повлиял бы на развитие событий — до хрипоты буду повторять, всегда: не будь референдума — «царь запоребрика» так или иначе развязал бы войну.

И пока донецкие-луганские традиционно в этот день получают свою порцию негатива, выслушивая обвинения в том, на что даже повлиять не могли, каждый из нас вспоминает свое. Мой тогдашний день был сплошным ужасом, и дело не в личной безопасности. В маленьком городке журналисту гораздо проще за себя постоять, чем, к примеру, в столице, да и о безопасности худо-бедно заботились: тогдашнему начальству выгоднее было, чтобы журналисты писали статьи на удобные местным царькам темы, оставаясь при этом живыми и здоровыми.

Ужас был в другом. Иногда в памяти всплывают, словно стоп-кадры, отдельные моменты 11 мая 2014 года. В первые два часа вся эта вакханалия напоминала мне шабаш какой-то секты, где с благостными восклицаниями режут людей. Ну, вы знаете, — таких психов часто показывают в американских фильмах об Апокалипсисе или постапокалипсисе: застывшие в улыбке лица, безумно радостные глаза.

А еще эти люди, пришедшие «сделать свой выбор», которого у них не было, выглядели совершенно одинаковыми — как советские рабочие, марширующие на демонстрациях. Вот это, пожалуй, будет точнее. Совок на современный манер. Очень хотелось крикнуть: «Вы это серьезно?».

Люди действительно шли на этот «референдум» нарядные, в своей лучшей одежде, вели за руки детей, покупали цветы и потом направлялись «отмечать». Это правда. Как и то, что таких людей на самом деле было довольно мало. Эффект массовости этого нестерпимого действа создавался благодаря мизерному числу открытых избирательных участков, и тому, что открылись они отнюдь не в восемь часов утра, как происходит обычно на выборах, и закрылись гораздо ранее 20:00 (вопреки лживым заявлениям организаторов «голосования»).

Не знаю, как в других городах, но в Дзержинске списками избирателей организаторы шабаша не располагали. В так называемых «избирательных комиссиях» восседали преподаватели, деятели культуры, участники общественных организаций, и даже несколько человек, занимавших достаточно заметные должности в тогдашнем Дзержинске. Списки проголосовавших создавались по мере голосования, они составлялись от руки.

На каждом из участков стояли принтеры, тут же, с пылу с жару, выдававшие «бюллетени»… Безграмотные листовки, отпечатанные как попало «бюллетени», очередное преступление России против Украины, совершенное руками людей Донбасса — все это до сих пор плохо укладывается в голове. Наверное, лишним будет напоминать о том, что процесс голосования проходил в нарушение всех возможных норм. Но я все же напомню.