Profile picture for user Анна Хрипункова
Анна Хрипункова
13.11.2018
850

7 вопросов переселенцу. Елена Флоренская: Нам всем нужно вернуться в Донецк

Чего переселенцу из Донецка не хватает на новом месте больше всего? Донецка. Так отвечает журналист Елена Флоренская. В 2014 году она выехала из родного города на несколько дней и… не вернулась туда до сих пор. За это время она сумела начать новую жизнь на новом месте, устроиться на работу по специальности и даже родить дочку. И каждый день она не устает бороться против стереотипного взгляда на дончан, как на предателей, сепаратистов и просто «быдло».

О том, как ей пришлось пережить такое отношение, как пришлось мириться с болью и обманом, как она борется против этого, и как она сумела найти отголоски Донецка даже в Черкассах, Елена рассказала DonPress в «7 вопросах переселенцу».

-----------

DonPress слышал множество историй о том, как живут переселенцы, тысячи разных ответов и мнений и… мы решили собрать их все. Мы задаем переселенцам 7 одинаковых вопросов — об их жизни, стремлениях, планах и «перемогах». Читайте в нашем проекте о том, как живут люди, скрывающиеся за аббревиатурой ВПЛ!

-----------

Когда и почему вы уехали?

Из Донецка я уехала 5 июня. Решение было спонтанным, еще днем я никуда не собиралась уезжать, хотя в воздухе уже витало что-то такое… кричащее. Уже не об опасности, а именно о войне. Вечером мне пришла смс от подруги, что есть якобы сообщение от Лукьянченко (мэр Донецка Александр Лукьянченко, — ред.), что Донецк окружен Нацгвардией, и со дня на день будет штурм и зачистка города, поэтому лучше выехать на это время. Ну я и выехала. Как тогда казалось, на пару недель, которые длятся уже пятый год. Как оказалось, в тот день уехали из города еще несколько моих коллег. Нам вообще опасно было находиться в Донецке, открыто снимать на камеру мы уже пару месяцев не могли, мы старались одеваться неприметно, чтоб было меньше шансов нас узнать, и носить обувь на низком каблуке, чтоб было удобно при случае убегать. К счастью, все благополучно доехали до своих точек назначения.

Какова наибольшая трудность, с которой вы столкнулись на новом месте?

Труднее всего было в психологическом плане. Конечно, когда утром я приехала в Днепр и увидела наш флаг, и что все там было спокойно, я выдохнула, как говорится. Первый год мы жили в Днепродзержинске, все лето я жила «в телефоне», я читала новости про освобожденные города и с надеждой думала, что вот-вот — и мы поедем обратно домой. Когда осенью стало понятно, что возвращение откладывается на неопределенный период времени, я уже стала понемногу осматриваться по сторонам.

На тот момент мы уже сменили квартиру, кстати, там в обеих квартирах хозяева кинули нас на деньги — не отдали плату за последний месяц, которую берут еще на момент заселения. Просто сказали, что у них нет денег, чтобы нам вернуть.

Так вот, там я увидела такое количество наркоманов и алкоголиков, какое раньше не встречала нигде. Помню, как-то летом мы с сыном шли на детскую площадку, и тут рядом с нами падает пустая пивная бутылка — кто-то стоя на балконе выпил пиво и выкинул ее вниз. Это не было единичным случаем, часто на балкон к нам залетали фантики от конфет или пустые упаковки от чипсов. Хотя это был спальный район, считающийся хорошим среди местных. Тем больнее было на фоне этого читать очень популярные тогда россказни про то, что Донбасс населяют сплошь зеки и быдло, было обидно слышать через открытое окно, как тридцатилетние пьяницы обсуждали нас, дончан, и говорили, что так нам, предателям, и надо. Или когда я звонила местной активистке в Днепр взять чей-то номер телефона, а она меня переспрашивала, а не солью ли я этот номер боевикам. На мое возражение, что я представляю украинский национальный телеканал, она мне парировала, ну, и что, вы же из Донецка! Конечно, я встречала там и хороших, отзывчивых людей, но негатива, именно в психологическом плане, увы, там было больше. Потом мы переехали в Черкассы. И этому городу мы благодарны больше всего именно за то, что встретили и продолжаем встречать много доброжелательных людей. Я очень признательна им за участие и хорошее отношение.

Елена

Чего лично вам не хватает на новом месте (что должно помочь государство, что не получается сделать)?

На новом месте мне не хватает Донецка! Мне не хватает ощущения дома. Если брать инфраструктурное развитие Черкасс, то да, конечно, они во многом проигрывают довоенному Донецку. Когда мы только приехали сюда, мне казалось, что мы в Калининском районе (дончане поймут). Это про размер города. Но вместе с тем, это и грело душу. Например, рядом с домом есть салон красоты с названием «Sun City», как всем нам известное кафе на бульваре. Недалеко от школы стоит железная гривна, точь-в-точь как была на Артема, а на работу я ездила на автобусе с таким же номером, какой был и дома.

Лично для своей семьи я не жду никакой помощи от государства. Хотелось бы, чтоб в информационном плане профильное министерство боролось или хотя бы не потакало созданию негативного образа переселенца. Кстати, здесь даже чиновники нам встречались неравнодушные и вежливые, хотя знаю — не во всех областях так. Конечно, считаю, что помощь в 400−800грн на оплату жилья — издевка над нуждающимися в этом людьми. Ни снять квартиру, ни оплатить коммуналку за этот мизер невозможно. И я хотела бы, чтобы отменили справки переселенцев, считаю их унижением для нас.

Что делаете вы, и каким видите свое будущее после переезда?

Сейчас я не работаю по специальности, нахожусь в декрете после рождения ребенка. Пока не в строю, подтягиваю свой английский, очень хочу, чтобы в будущем знание еще одного языка пригодились мне в работе. Будущего пока своего не вижу. Война научила жить одним днем. Есть только здесь и сейчас и мы стараемся этот момент проживать как можно лучше.

Каким вы видите свой край сейчас, находясь далеко от него?

Вижу растерзанным, разбитым, изнасилованным. Мне очень больно читать плохие новости оттуда. Радуюсь любым хорошим новостям. В такие моменты очень хочется быть там, быть причастной.

Бывали ли вы дома?

Дома я была лишь один раз, еще до введения пропускной системы. Были очень двоякие чувства. С одной стороны, чувство дома, которого так не хватало все это время. С другой стороны, какая-то отчужденность, которая появилась не сама по себе, а которую поселили здесь. Мы зашли пообедать в пиццерию «Челентано», за одним столиком сидела пара. На столе у них было только пиво, женщина сидела в меховой шапке, при этом выражение лиц у обоих было какое-то торжественное, мол, вот и мы не лыком шиты, в кафе пришли. Никогда в Донецке я не видела, чтобы посетители сидели в заведении в шапках! Это были не местные люди! Вечером мы прошлись по бульвару, все было запорошено снегом, и именно в тот день вообще не стреляли. Мой сын постоянно повторял, ну, вот видите, война закончилась, давайте останемся дома. Что мы ему могли ответить… Буквально на следующий день был сильнейший обстрел города и аэропорта.

Вернетесь ли вы домой?

Самый сложный вопрос из всех. Про свои личные желания не скажу, но считаю, что нам всем на самом деле нужно после освобождения туда вернуться, даже тем, кто приобрел себе жилье в других городах. Это должно стать новой точкой отсчета времени, мирного времени. С началом войны мы все против нашего желания обнулились, и хотим мы того или нет, начали новую жизнь. Приезд домой после освобождения тоже для всех станет новым отсчетом, но уже не страданий и выживания, а мира и созидания.